Теплик-life

Тепличани всiх країн, єднайтесь!

 http://теплик-лайф.рф/  tepliklife.ucoz.ru

Поиск

Друзья сайта

  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Наш опрос

    Какие темы вам наиболее интересны?
    Всего ответов: 304

    Наша кнопка
    Теплик-Life
    <!--Begin of http://xn----8sbnmhdfd5a2a5a.xn--p1ai/--> <a href="http://xn----8sbnmhdfd5a2a5a.xn--p1ai/" title="Теплик-Life"><img src="http://s51.radikal.ru/i132/1107/67/ef6fe7928f84.gif" align="middle" border="0" width="90" height="35" alt="Теплик: люди, события, факты и аргументы" /></a> <!--End of http://xn----8sbnmhdfd5a2a5a.xn--p1ai/-->

    Главная » 2020 » Январь » 8 » Приложения из книги воспоминаний Марии Малгожаты из Радзивиллов Францишковой Потоцкой.
    20:15
    Приложения из книги воспоминаний Марии Малгожаты из Радзивиллов Францишковой Потоцкой.

    Перевод с польского языка Анатолия Сумишевского

    Открытие Государственного Совета

    Петербург, 11 мая 1906.

    Вчера был открыт Государственный Совет русского парламента.

    В прекрасном Мариинском дворце, построенном Александром III для своей сестры княгини Ольденбургской, нет большего зала для столь многочисленного собрания, которое составляет нынешний Государственный Совет. Помещения были заимствованы у дворянского собрания, которому принадлежит большой белый с позолотой зал с двумя обширными галереями и готовым портретом императора.

    Вчера в этом зале в два часа дня собралось несколько сот человек: члены Совета, министры, журналисты и горсть гостей.

    Декоративно этот зал смотрелся хорошо, но очень нудно. Небольшое количество фраков было просто незаметно из-за оргии военных мундиров, гражданских, судей, орденов и лент.

    Этим фракам в конце концов дали последние места, и эти несколько сановников, которые подходили к ним с неизменным «имею честь представиться», делали это с миной говоря заявителям: «Видите, какие мы либеральные…».

    Поляки были вместе в середине на левом краю за двумя столами покрытыми красными шелковыми скатертями. Тут же, недалеко от середины, на правом краю были представители торговли и промышленности, но так как все там поместиться не смогли, то господин Ротванд[1] и господин Поклевский сели на польских местах.

    Представителей Королевства нет – выборы сейчас 17-го.

    Молитва длинная, как каждая православная и перед портретом императора, где стоят два пюпитра с литургическими книгами.

    Пение, как всегда прекрасное и сдержанное. Под конец службы зазвучал и стал усиливаться бас, и гремел как ураган, которого я не до сих пор не слышал.О ком он гремит? Очевидно перечисляет имена членов императорской семьи, к которым он обращает божественное благословение. Греческий обряд насквозь пронизан обслуживанием во всём.

    После окончания службы в зал вошли тридцать пять попов – это представители избранников православного духовенства. Двое имеют на головах высокие кругловатые шапки (каменлавки - от ред.) с вуалью  (клобуком - от ред.), ниспадающей низко на плечи, еще один с такой же шапкой (каменлавкой - от ред.) и белой вуалью (клобуком - от ред.).

    Это черное духовенство (монашествующее) и белое (светское).

    Им отведены почетные места в середине, в первом ряду. Вскоре вошли граф Сольский[2], господин Фриш, господин Уекскуль и заседание открыли.

    Граф Сольский, старик, едва держащийся на ногах, пытается встать и стоя произнести свою речь. Но не в состоянии удержаться на ногах. Дальше читает сидя. Никто его даже не слышит – речь его бесцветная, канцелярская.

    Потом Уекскул зачитывает назначение Витте[3] на пост штатного члена Совета. Витте присутствует в зале. Занял место в последнем ряду слева, один, спокойный и отвлекшийся. Лицо помято, вспахано, оживает со временем сдержанной улыбкой во время приветствия знакомых.

    Опять церемония подписания текстов присяги. В это время на галерах происходит что-то вроде раута.

    Использую перерыв, чтобы поприветствовать старых знакомых – с господином Анатолем Лерой Бюлю (Beaulieu)[4], который собирал материалы к новой книге.

    «На этот раз ваши хлопоты закончились – сказал он мне. Этими днями он встречался с Витте, который сказал, что желает отдыха, или хотя бы полу отдыха, то есть должности без власти.

    Но Витте говорил то, что ему нужно было сказать в данную минуту.

    Дальше я приближаюсь к Роппу, который наблюдает за всеми действиями из ложи. Его ЭКСЦ – это конституционная католическая партия, создателем которой является он, существует и будет существовать, но не как созданная в Парламенте отдельная фракция. Тем временем создается «Круг Литвы и Руси»[5], который желает объединить возможно всех местных депутатов. Правила создания Круга довольно просты: территория, время, программа. Благодаря этому есть надежда принятия в Круг группы литовцев. Дело не простое, потому что два литовских посла из Сувальского таким образом повисли бы в воздухе.

    - А евреи? – спросил я. Их шесть человек, из этих мест.

    - Это не известно – слышу ответ.

    Не настаиваю, но знаю, что среди них мало тех, кто стремится в Круг, точно также, как их желает Круг.

    Один из коллег говорит мне:

    - Пусть Круг заявит себя антисемитским, и евреи сразу же захотят в него вступить…

    Наконец подписи собраны. Все возвращаются на места. В ожидании результатов растет напряжение.

    Сольский встает с кресла, снова что-то мычит. Потом два дворецких уводят его под руки.

    - Что это?

    Нам отвечает член Совета:

    - Ничего…Заседание закрыто.

    Улыбки, движение плечами, протискиваемся к двери.

     

     

    Корреспонденция Францишека Потоцкого для журнала «Czas» в Кракове.

    Петербург 10 мая 1906.

    Сегодня большой день в истории. Небо благоволит ему с утра и шлёт потоп света на город. Тысячи флагов слегка трепещут на прохладном ветру, будто крылья разноцветных птиц. Этот приятель (ветер) дует с озера Ладога, которое не перестало плавить броню своих льдов.

    День торжественный, но мало радостный. «Основные права» портят настроение. Говорят, что не может быть государственного акта в истории, где бы в бочку мёда не было бы добавлено ложки дёгтя.

    В этот раз этого дёгтя влили ведро.

    Польские депутаты грустны, по настоящему мрачные. Они собрались на прекрасное торжество, которое было введением и поощрением к их очень трудному, нежели можно было ожидать заданию. В костеле св. Екатерины епископ отправил службу предшествующую небольшому событию. В пресвитерии установлены кресла для господ. Было их пятьдесят. Наши депутаты покорили глаза своих крестьян: размашистый Мантерис в краковском наряде, важный Островский в скромной радомской свитке[6], и конечно, Наконечный в любечском сапфировом наряде, напоминающем халат. Мы с с несколькими депутатами рассчитали наши силы, которых, оказывается, по последним данным больше, чем мы ожидали. Из Гродненской губернии мы, оказывается, имеем двух депутатов: князя Сангайло и честного пана Мазура из Белостокской, чисто польской волости, Марцина Жуковского[7].

    Господин Милвид[8] из Ковенска тоже обещал вступить в Польский Круг. «Симпатизирую литовскому возрождению, но являюсь поляком» - уточнил он. Наши депутаты не хотят допустить того, чтобы господа Ледницкий и Янчевский[9], избранные от Минской губернии, вступили в партию кадетов.

    Князь Трасун[10] из Витебского города Лотыш, уже объявил о своем вступлении к нам. А два крестьянских депутата из Вильно тоже вступили в Польский Круг. Конечно, во второй Круг. Таким образом, кадетам остаются поляки господин Петражицкий, избранный от Петербурга и профессор Шерженевич[11] избранный от Казани. А что сделают поляки из Бессарабии: господа Демянович и Сицинский[12] – еще никто не знает.

    Во второй, литовско-русский Польский Круг входит двадцать четыре депутата.

    Кто будет председателем нашего первого Круга, полностью народно-демократического, неизвестно. Круг Литвы и Руси неторопливо пойдет за предводителем, господином Войнилловичем[13], который имеет сегодня огромный авторитет и влияние.

    Это умный и отважный человек. Это он осуществил наши желания превосходящие результаты выборов в Минской губернии, где на восемь имеющихся мест мы провели семь поляков. Он за обособленность забранной (Россией – от ред.) территории: «Мы не будем слушать приказов ни из Москвы, ни из Варшавы»- сказал он публично. Он был бы рад создать не второй Польский Круг, но «Круг интересов Литвы и Руси». Только об этом речь не идет. Семь литовцев наверное не захотят вступить в такую организацию, где поляки имеют подавляющее большинство. Да и большинство поляков тоже подобного не захотят. Крестьяне снова будут тяготеть к крестьянским организациям - к «Союзу» или «Крестьянской партии»[14]. Остается пять евреев. Польско-еврейская организация не имела бы значения, тем более, что среди евреев есть, вероятно, сионисты или социалисты. Силой обстоятельств создается второй Польский Круг, в который войдут скорее всего и члены Государственного Совета, а насчитывать он будет тридцать три человека. Депутаты из Королевства ограждают себя, и в свой Круг членов Государственного Совета не принимают. Слава о себе как о народных демократах достигла уже «Геркулесовых размеров».

    Все эти комбинации находятся еще в политической туманности, хотя совещания в доме инженера Болеслава Яловецкого[15] длятся долго, и из этого политического тумана в любой день появятся два солнца. Оба светили нам на выгоду.

    Пойду в Зимний Дворец, где император произнесёт тронную речь. Много суматохи с нашим прибытием туда. Движение на четырех соседних улицах закрыто на пол дня. От вашего слуги потребовали аж четыре фотографии, которые рассматривали три пропускных пункта , после этого мне выдали целый пакет билетов: один на въезд, второй на доступа, третий для вхождения во дворец, четвёртый для входа в Думу, пятый в Государственный Совет. У меня все они есть, и вкладывая их в карман пальто не могу избавиться от чувства или мысли пришедших через четверть секунды, что я сделал невероятные вещи… Почти уверен в том, что многим моим коллегам журналистам казалось, что все происходящее длилось полсекунды…»

     

    Президиум Думы

    Петербург 13 мая 1906.

    Новые люди. Они тоже старые активисты. Вся русская «Жиронда» вошла в Думу. За её стенами остались Гучков, Трубецкой, Струве, де Роберти, Милюков[16] - вот о чем речь. Избрано три кадета на три президентских должности. Одного кадета на должность секретаря. Ещё несколько кадетов на должности помощников секретаря. Во всяком случае большинство этих людей смелые и чистые.

    Муромцев. Правовед первого класса. Преподавал римское право в московском университете. Ему запретили преподавание. Стал во главе старинного российского юридического Товарищества. Запретили юридическое Товарищество.

    В парламентских дебатах ведет себя не зло; грешен только в избытке энергии. Трижды он чувствовал свою силу и трижды её не применял. Вчера высказал свое мнение:

    - Дума выше обвинений, которые ей можно предъявлять…Это было внезапно, возможно даже - ослепительно. Однако, российский парламентаризм нуждается на данный момент в сильной руке председателя, нежели в тонком (доскональном) знании законов и парламентских обычаев.

    Муромцев крепкий человек, седеющий брюнет с бородой подстриженной клином. Держится на трибуне просто, говорит достаточно громко тоном «cassant» (ломким).

    Пётр Долгоруков, брат Павла[17] в котором некоторое время видели «президента российской республики» (?), и даже больше, имел большие заслуги в движении за свободу и для местной культуры.

    В имении ХХ Долгоруких образцовые учреждения: 70 школ, госпитали, пенсии. Всё ничто (?) и ничто не препятствовало аграрным движениям – в этих поместьях были острые и даже дикие по содержанию книги. Князья дали на движение за свободу много денег; миллионы дали на выборы.

    Профессор Градескул[18], второй вице-председатель, стал широко известен после его громкой ссылки в Архангельск, в то время, когда его избрали депутатом. Возможно поэтому его и избрали. Что точно, то это то, что благодаря своей ссылке его избрали вице-председателем. Кадеты решили, что Градескула вроде бы выдвинула крестьянская партия, или «парламентская группа труда» .

    Я спрашивал о нём одного из той группы о Градекуле.

    – Я ничего о нем не знаю, – сказал он мне, – однако, это должен быть порядочный человек, скоро его вывезут в Архангельск».

    Князь Шаховской[19] учился в IV варшавской гимназии. Сносно говорит на польском. В основном он вёл переговоры с поляками, чтобы договориться об автономии. Князь Шаховской является дипломатом партии кадетов.

    Полякам в секретариате дали два места из пяти: одно получил профессор Шершеневич, кадет, избранный от города Казани, известный правовед и отличный оратор. Преподает публичное право. Дома у него говорят на русском языке.

    Второе место получил Щенсны Понятовский[20] депутат из Вильно, правовед, некогда помощник Спасовича, в настоящее время хозяйственник. Очень подвижный человек первоклассной ловкости. Был главным организатором «Ассоциации», которая должна была в «отобранном крае» сыграть ту самую роль, что и известный «Союз труда»[21] в Королевстве, к хвале и корысти национальной демократии. Принимал участие в создании «Киевского журнала», органа, который имеет превосходную репутацию в «Виленском курьере», и предпочитает подражать «Польскому колоколу»[22]. Мы имеем надежду, что свою личную ловкость господин Понятовский использует для блага польского дела.

    В секретариате есть еще доцент московского университета господин Кокошкин[23], который много писал о польской автономии и был членом комиссии Кадетов для исследования установленной проблемы.

     

    [1] Ротванд Станислав (1839-1916), правовед, адвокат, директор и соправитель банка Г. Вавельберга, филантроп, член Государственного Совета

    Поклевский-Козиемл Винсент

    [2] Сольский Дмитрий 91833-1910), высокий сановник, исполнял много государственных функций, депутат I Думы.

    [3] Витте Сергей Юльевич (1849-1915), политик, государственный деятель, в 1893 г. как министр финансов провел финансовую реформу, предмседатель Совета Министров (1905-1906). В годы I Мировой войны противник франкофильской политики, сторонник подписания сепаратного мира с центральными государствами.

    [4] Лерой Бюлю (Baeulieu) Анатоль (1842-1912), историк, профессор Сорбонны, последователь тесного франко0русского союза, автор трёхтомной работы «Русская царская империя (1881-1882), а так же биогарфии Николай Милютин (1884).

    [5] «Круг Литвы и Руси» не был политической партией, о которой мечтал епископ Ропп под названием Конституционная католическая партия в Литве и Руси.

    [6] Островский Юзеф, крестьянский депутат I Думы, из губернии, политически связанный с партией.

    [7] Сангайлло Антоний, ксендз, член партии кадетов, депутат в I Думу из гродненской губернии.

    Жуковский Марцин, крестьянский посол в I Думу из гродненской губернии.

    [8] Милдвид Чеслав, выпускник Московского университета, земский обыватель и депутат I Думы из гродненской губернии.

    [9] Ледницкий Александр (1866-1934), адвокат, политический деятель, депутат I Думы. Организатор интеллектуальной жизни поляков в Петербурге, писатель, публицист и основатель постепенной демократии (см. Педеции). Активист Центрального Обывательского Комитета в горды войны, а также организатор и президент Польского Комитета помощи жертвам войны. С марта 1917 года возглавлял Ликвидаторскую Комиссию по делам Польского Королевства.

    Янчевский Виктор, доктор права, депутат I Думы из минской губернии, мэр Минска, умер в 1910 г.

    [10] Трасун Францишек, князь, из Лотыш, католик, радзинатский декан, депутат I Думы.

    [11] Шерженевич Габриэль, профессор гражданского и торгового права, философ права в Казанском университете, депутат I Думы.

    [12] Демянович Антоний, земский обыватель и купец, депутат I Думы из Бкессарабской губернии.

    Сицинский Леопольд, врач из Кишинева, депутат I Думы.

    [13] Войноллович Эдвард (1846-1928), общественный и хозяйственный деятель в Литве, политик, автор Воспоминаний (Вильно 1931).

    [14] Союз, вероятно речь идет о Всероссийском Крестьянском Союзе.

    Крестьянская партия , группа депутатов с националистическими и социалистическими требованиями под предводительством некоего Грудзинского.

    [15] Яловецкий Болеслав (1854-?), выпускник ИНжернерно-военной Акаждемии, промышленник, депутат I Думы.

    [16] Гучков Александр (1862-1936), предводитель «октябристов», депутат III Думы, её председатель в 1910-1911, после февральской революции (мартовской) 1917 г. министр военно-морских сил, после большевистской революции эмигрировал.

    Струве Петр (1870-1944), политик, экономист и философ распространитель «легального марксизма» член партии кадетов» правого крыла, после революции 1917 года эмигрировал.

    Де Роберти Евгений, профессор, член партии кадетов, депутат I Думы, симпатизирующий польскому делу в духе автономии.

    Милюков Павел (1859-1943), политик, историк, и публицист, один из создателей партии кадетов, редактор её программы, редактор её органа «Речь», депутат Думы нескольких созывов, после революции 1917 года эмигрировал.

    [17] Долгоруков Пётр, земский деятель из курской губернии.

    Долгоруков Павел, брат Петра, вице-председатель I Думы.

    [18] Градескул Н., профессор Харьковского университета, вице-председатель I Думы от рабоче-крестьянской партии.

    [19] Шаховской Дмитрий (1861-1928), член партии кадетов, один из её основателей и член правительства, депутат I Думы, министр во Временном правительстве. После большевистской революции остался в России.

    [20] Понятовский Щенсны (1857-1936), выпускник Петербургского университета права, адвокат, хозяйствепнный деятель на Волыни, в I ДЛуме помсощник её секретаря.

    Спасович Влодзимеж (1829-1906), правовед, адвокат, историк литературы и политический публицист (печатался на страницах петербургского «Края»), сторонник польско-русского согласия.

    [21] Союз Национального труда, политическая организация, в которой в основном доминируют положения тесно связанные с Национальной Лигой и Национально- демократическом союзе. Инициатором этого «Союза» был В. Грабский; на переломе 1904-1905 гг, Союз имел трех депутатов в I Думу, и исчез после её роспускаидентичная история была в Воспоминания авторки Союз Щенсны Понятовского на Волыни.

    [22] «Польский колокол», газета, которая является продолжением варшавского «Гонца» (Утреннего и Вечернего) в годы революции 1905-1906 гг, орган национально—демократический, её оедактором был в своё время З. Маковецкий.

    [23] Кокошкин Теодор (1871-1918), профессор международного права Московского университета, представитель польского дела по вопросам автономии. Принимал участие в создании кадетов, член её правительства. После февральской (мартовской) революции министр во Временном правительстве, замучен после октября 1917 года.

    Просмотров: 50 | Добавил: paul | Рейтинг: 5.0/1
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:

    Форма входа

    Плеер

    Календарь

    «  Январь 2020  »
    ПнВтСрЧтПтСбВс
      12345
    6789101112
    13141516171819
    20212223242526
    2728293031

    Статистика


    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0

    Все преступления совершаются в темноте. Да здравствует свет гласности!

    Теплик-life: история/религия/общество/судьбы людей/власть/политика/культура/фотографии